Космос пахнет жареным мясом, а на Нептуне идут алмазные дожди. 65 лет открытий, которые изменили все

Космос пахнет жареным мясом, а на Нептуне идут алмазные дожди

65 лет открытий, которые изменили все

Космос пахнет раскаленным металлом, сварочным дымом и чем-то неуловимо похожим на жареное мясо — именно так описывают этот аромат астронавты, возвращающиеся в шлюз после выхода в открытый вакуум. За 65 лет, прошедших с того апрельского утра 1961 года, человечество узнало, что Вселенная гораздо более странная, пугающая и прекрасная, чем мы смели предположить в начале пути. Все это время каждое очередное научное “невозможно” неизбежно превращалось в новостной заголовок, а теории разбивались о факты, заставляя нас заново переписывать учебники истории и физики. Это рассказ о пути от первого робкого витка над планетой до момента, когда космос стал для нас осязаемым, пахнущим и почти родным домом.

Вчера, 11 апреля, эта история пополнилась новой главой: четыре человека вернулись на Землю после облета Луны. Капсула Orion успешно приводнилась в Тихом океане, ознаменовав триумф миссии Artemis II. Это первые люди у спутника за последние 54 года. А ведь всего 65 лет назад врачи всерьез спорили: не сойдет ли пилот с ума, увидев Землю из иллюминатора? Между этими двумя событиями — целая эпоха, в которую человечество раз за разом делало то, что считалось немыслимым. И каждый раз Вселенная оказывалась не меньше, а больше, чем мы думали.

Код от безумия

О первом полете Юрия Гагарина написано столько книг и снято столько хроники, что каждое его мгновение кажется изученным до секунды. Однако за парадными кадрами улыбающегося космонавта скрывался глубокий, почти первобытный страх науки перед неизвестностью. В 1961 году конструкторы настолько не доверяли человеческой психике в условиях вакуума, что пошли на беспрецедентный шаг: они заблокировали ручное управление кораблем "Восток-1" секретным цифровым кодом.
В среде специалистов всерьез считалось, что вид абсолютной бездны за иллюминатором и пугающее ощущение отсутствия веса способны в секунды вызвать у человека нечто вроде острого психоза. Инженеры полагали, что пилот может потерять рассудок и начать хаотично дергать рычаги, ставя миссию под угрозу. Поэтому код — комбинация "1-2-5" — лежал в запечатанном конверте, приклеенном рядом с креслом. Предполагалось, что только сохранивший ясность ума человек сможет вскрыть пакет и прочитать цифры. Но человеческий фактор сработал еще до старта: кто-то из врачей, поддавшись профессиональной солидарности, шепнул Гагарину код на ухо — просто на всякий случай.

Ракета взлетела, и через 108 минут Гагарин вернулся на Землю в полном рассудке, с ровным пульсом и той самой легендарной улыбкой. Самые мрачные страхи психиатров оказались напрасными, но этот успех был лишь началом долгой проверки на прочность.

То, что Гагарин доказал за полтора часа, требовало подтверждения на длинных дистанциях. Никто не знал, что произойдет с биологическим видом, если оставить его на орбите на неделю, месяц или год. Ответы добывались мучительно долго, с каждой новой экспедицией отодвигая горизонт возможного. Финальный и самый убедительный аргумент в этом споре с природой поставил врач-космонавт Валерий Поляков.

С января 1994 по март 1995 года он провел на станции "Мир" 437 суток подряд — рекорд, который остается непокоренным и сегодня. Когда капсула приземлилась в казахстанской степи, медики ждали его у люка с носилками, готовые к тому, что кости и мышцы человека после года невесомости превратились в хрупкое подобие самих себя. Но Поляков удивил всех: он вышел из аппарата сам. Без посторонней помощи он встал на ноги и помахал рукой встречающим. В тот момент стало окончательно ясно: человеческий организм способен выдержать перелет до Марса и, что важнее, сохранить силы для работы на другой планете и возвращения домой.

Золотая пластинка в вечной пустоте

Пока вы читаете этот текст, зонд "Вояджер-1” удаляется от Земли со скоростью 17 километров в секунду. Его запустили почти полвека назад с задачей на пять лет — пролететь мимо Юпитера и Сатурна и завершить миссию. Он выполнил задачу. И продолжил лететь. По пути он обнаружил первый вулкан за пределами Земли — на спутнике Юпитера Ио, где лавовые гейзеры бьют на высоту в сотни километров. Нашел три новых спутника у Юпитера и четыре у Сатурна.

Но он был не один. Его "близнец", "Вояджер-2", отправился в путь на 16 дней раньше и выбрал еще более амбициозный маршрут. Если первый зонд после Сатурна ушел "вверх" над плоскостью эклиптики, то второй стал единственным в истории человечества аппаратом, посетившим ледяные гиганты — Уран и Нептун. Именно благодаря ему мы увидели Большое темное пятно на Нептуне и узнали, что у Урана, как и у Сатурна, есть свои кольца. Эти два аппарата стали нашими глазами там, куда раньше дотягивались только математические формулы.

В 2012 году "Вояджер-1", а спустя шесть лет и "Вояджер-2", пересекли гелиопаузу — незримую границу, за которой солнечный ветер уступает место межзвездной среде. Первые рукотворные объекты в истории вышли в истинное межзвездное пространство. К апрелю 2026-го первый “Вояджер” удалился от нас более чем на 25 миллиардов километров, второй отстает лишь на несколько миллиардов. Сигнал до них идет почти сутки в одну сторону.

Их техническая стойкость поражает воображение. Бортовые компьютеры хранят всего 69 килобайт памяти — меньше, чем весит один современный смайлик. Скорость передачи данных — 160 бит в секунду, что медленнее любого интернета начала двухтысячных. И все равно зонды работают, передают данные и каждую секунду удаляются еще на 17 километров. Чтобы они продолжали жить, инженеры на Земле поочередно отключают системы обогрева и научные приборы, экономя последние капли энергии от распада плутония.

На борту каждого зонда закреплен золотой диск — капсула времени для любой цивилизации, которая когда-нибудь их найдет. Там записаны приветствия на 55 языках, звуки Земли — гром, прибой, пение птиц, смех ребенка — и 116 изображений нашего мира. Но самое важное — это музыка, 90-минутный концерт, представляющий все разнообразие человеческого таланта. В этой космической фонотеке соседствуют:

Бах и Бетховен: монументальный Бранденбургский концерт № 2 и Пятая симфония.

Чак Берри: классика рок-н-ролла "Johnny B. Goode", ставшая символом земной энергии.

Луи Армстронг: меланхоличный джаз “Melancholy Blues”.

Народные напевы: от азербайджанских мугамов и грузинского многоголосия до ритуальных танцев индейцев навахо и звуков японской флейты сякухати.
Любопытно, что этот список мог быть иным. Составители пластинки очень хотели включить в нее композицию “Starman” Дэвида Боуи или что-то из репертуара The Rolling Stones. Однако "роллинги", по легенде, отказались, сославшись на то, что это “слишком по-детски” или просто не оценив масштаб вечности. В итоге рок-н-ролльный драйв в пустоте представляет только Чак Берри.
Когда к 2030 году радиоизотопные источники энергии иссякнут и связь окончательно прервется, они не остановятся. “Вояджеры” вместе с музыкой Баха и драйвом Берри продолжат лететь в абсолютной тишине — через миллионы, через миллиарды лет — возможно, пережив само Солнце и став единственным свидетельством того, что мы когда-то существовали.

"Межзвездная среда подобна тихому дождю. Солнечные вспышки — молнии во время грозы. А потом снова начинается легкий дождь", — Джеймс Кордес, Корнельский университет, о данных "Вояджера-1" из межзвездного пространства.

Ожившая пустыня

Пока "Вояджеры" уходили в межзвездную бездну, планеты Солнечной системы одна за другой раскрывали свои секреты, и почти каждый из них опрокидывал прежние представления. Марс долгие десятилетия считался эталоном мертвого мира: безжизненная каменная пустыня, промерзшая насквозь и лишенная даже намека на геологическую активность. Но за последние 65 лет этот статичный образ рассыпался. Сначала орбитальные снимки показали русла гигантских высохших рек — огромных шрамов на теле планеты шириной в десятки километров. Затем данные химического анализа подтвердили, что несколько миллиардов лет назад Марс был покрыт настоящим океаном, занимавшим пятую часть его поверхности. Это был суровый мир, знавший катастрофические цунами высотой до 120 метров, которые навсегда изменили ландшафт северных равнин.

Долгое время считалось, что вся эта влага бесследно улетучилась в космос вместе с атмосферой, но в 2018 году радар зонда Mars Express совершил прорыв. Пробив южную полярную шапку на глубину полутора километров, он обнаружил жидкое подледное озеро около 20 километров в поперечнике. Однако настоящее потрясение пришло в 2024 году, когда марсоход Curiosity зафиксировал нечто совсем будничное и оттого невероятное: оказалось, что каждую ночь и на рассвете в марсианском грунте конденсируются микроскопические капли соленого рассола. Жидкая вода на Марсе не осталась в далеком прошлом — она существует прямо сейчас, возникая каждое утро, пока вы читаете эти строки.

Впрочем, самые экзотические сюрпризы преподнесли не ближайшие соседи, а ледяные гиганты на окраине системы. По расчетам ученых, в недрах Нептуна и Урана давление становится настолько чудовищным, что молекулы метана разрушаются, а освободившийся углерод кристаллизуется в чистые алмазы. Они не просто лежат в глубине — они падают сквозь жидкое ядро планеты, подобно бесконечно тяжелому и прозрачному снегу. Эти "алмазные дожди" доказывают, что Вселенная не нуждается в нашем воображении:

Голливуд как предчувствие

Никто не верил, что черную дыру можно сфотографировать. По самому своему определению она не излучает ничего, даже свет — как в таком случае навести на нее объектив? Тем не менее в апреле 2019 года проект "Телескоп горизонта событий" совершил невозможное. Сеть из восьми мощнейших радиотелескопов, разбросанных по всей планете от Антарктиды до Гренландии, сработала как единый инструмент размером с Землю. Опубликованный снимок облетел мир: на нем запечатлен темный силуэт, окруженный пылающим кольцом раскаленного газа. Это была сверхмассивная черная дыра в галактике M87, находящаяся в 55 миллионах световых лет от нас. Ее масса составляет чудовищные 6,5 миллиарда солнц. Научный консультант проекта Хайно Фальке, впервые увидев этот кадр, не скрывал эмоций: "Ощущение, что смотришь на врата ада — конец пространства и времени, абсолютную точку невозврата".

Спустя три года та же команда представила снимок Стрельца А — черной дыры в самом центре нашей галактики, того самого невидимого "клея”, вокруг которого вращается весь Млечный Путь, включая наше Солнце.

Удивительно, но когда мир увидел эти реальные кадры, у миллионов зрителей возникло острое чувство дежавю. Оказалось, что мы уже видели нечто подобное в кино — в фильме Кристофера Нолана "Интерстеллар", вышедшем за пять лет до открытия, в 2014 году.

Это не было простой художественной интуицией. Чтобы создать черную дыру Гаргантюа, нобелевский лауреат Кип Торн рассчитал ее облик по уравнениям общей теории относительности Эйнштейна. Специально для фильма был написан новый программный код, моделирующий реальное искривление света у горизонта событий. Процесс был настолько трудоемким, что рендеринг одного кадра занимал до ста часов машинного времени.

Нолан поначалу скептически отнесся к идее строгой научности, заявляя:

“Мне важно, чтобы выглядело круто, точность — дело второе”.

Однако расчеты Торна дали картинку, которая оказалась эффектнее любых фантазий художников. Побочным эффектом этой работы стали три серьезные научные статьи о гравитационном линзировании, опубликованные в академических журналах. Голливудский блокбастер не просто развлек публику, он буквально двинул фундаментальную науку вперед, предсказав облик самого загадочного объекта во Вселенной.

Эхо гравитационных катастроф

Никто не верил, что само пространство-время можно буквально “услышать”. Альберт Эйнштейн предсказал существование гравитационных волн еще в 1916 году, но сам до конца жизни сомневался, что их когда-нибудь удастся обнаружить. Сигнал казался слишком слабым, слишком призрачным для любых земных приборов.

Однако 14 сентября 2015 года детекторы обсерватории LIGO в США зарегистрировали едва уловимый всплеск.

Его источником стало грандиозное столкновение двух черных дыр, произошедшее 1,3 миллиарда лет назад. Всего за доли секунды три солнечные массы превратились в чистую энергию гравитационных волн и разошлись по Вселенной в виде ряби искаженного пространства-времени. К моменту, когда этот сигнал достиг Земли спустя миллиард лет пути, его амплитуда составляла одну тысячную диаметра протона. Это самое малое значение, которое физика измеряла за всю свою историю.

Чтобы поймать это мимолетное эхо, человечество построило уникальный прибор с зеркалами, подвешенными в вакууме на тончайших стеклянных нитях и способными чувствовать вибрации тоньше атомного ядра. В 2017 году за это открытие была присуждена Нобелевская премия. Для науки это означало нечто большее, чем просто подтверждение теории: у человечества официально появился новый орган чувств. Мы научились слышать пульс Вселенной и узнавать о событиях там, куда не способен заглянуть ни один, даже самый мощный оптический телескоп.

Современная космология привела нас к удивительному и смиренному осознанию: все, что мы когда-либо видели — от мерцающих звезд до бесконечных галактик и самой Земли — составляет лишь 5 % мироздания. Мы существуем в невидимом океане, где остальные 95 % приходятся на темную материю, удерживающую миры своим невидимым каркасом, и темную энергию, которая с пугающей скоростью растягивает саму ткань пространства. Это огромный дом, устройство которого остается для нас тайной, скрытой за порогом нашего понимания.

Чтобы заглянуть за этот порог, человечеству потребовалось четверть века инженерного гения и 10 миллиардов долларов. Так появился телескоп "Джеймс Уэбб" — золотой глаз цивилизации, чье зеркало из 18 бериллиевых сегментов покрыто тончайшим слоем золота. Этот металл выбран не ради роскоши: золото лучше всего отражает инфракрасные лучи, позволяя улавливать призрачный свет, идущий к нам из такой глубокой древности, которую невозможно себе вообразить.

Важно понимать, что в космосе зрение — это всегда путешествие в прошлое. Из-за конечности скорости света мы никогда не видим Вселенную такой, какая она "сейчас". Луна предстает перед нами такой, какой она была секунду назад, Солнце — восьмиминутной давности, а свет далеких звезд может добираться до нас миллионы и миллиарды лет. Глядя в ночное небо, мы буквально листаем фотоальбом истории: многих звезд, чей свет сегодня касается наших глаз, в реальности уже давно не существует.

В декабре 2021 года “Уэбб” отправился в точку Лагранжа — в ледяную пустоту в полутора миллионах километров от Земли. Там, защищенный от теплового шума нашей планеты, он начал свою работу в абсолютной тишине и холоде. Телескоп стал самой совершенной машиной времени, созданной человеком, и результаты его работы в первые же месяцы потрясли научное сообщество.
“Уэбб” обнаружил галактики, которые сияли в пустоте всего через 300–400 миллионов лет после Большого взрыва. Следом пришло открытие, которое казалось невозможным: сверхмассивные черные дыры весом в миллионы солнц, существовавшие в эпоху, когда они просто не успели бы вырасти по всем известным законам физики. По всем моделям, в “космическом детском саду” того времени должны были находиться лишь разреженные газовые облака, но телескоп увидел там сформировавшихся гигантов.
Настоящим вызовом для науки стала галактика ZF-UDS-7329. Это зрелая, массивная и удивительно статичная структура, возникшая в те времена, когда Вселенная должна была быть полна лишь хаотичных младенческих звездных скоплений. Найти такую галактику в столь раннюю эпоху — все равно что встретить взрослого человека там, где по всем расчетам должен находиться новорожденный.

Эти открытия ставят физиков перед фундаментальным выбором: либо наши модели эволюции космоса в корне неверны, либо сама материя ведет себя гораздо сложнее и стремительнее, чем мы смели предположить. Как показывает реальность, Вселенная в очередной раз доказала, что она не обязана следовать человеческим сценариям.

Жизнь на орбите тоже оказалась полна неожиданностей — куда более бытовых, но от этого не менее странных. Астронавты, возвращаясь после выхода в открытый космос, описывают запах, въевшийся в скафандры, как нечто среднее между раскаленным металлом, жареным мясом и сварочным дымом. Это запах вакуума — точнее, частиц, осевших на ткани при контакте с открытой бездной. На МКС невозможно даже храпеть: в отсутствие гравитации мягкое небо не провисает и не вибрирует. А время там идет чуть иначе — согласно теории относительности, за год на орбите космонавт становится примерно на сотую долю секунды моложе, чем его коллеги на Земле. Мелочь — но Эйнштейн был прав и здесь.

Но пока одни приборы фиксируют эхо прошлого, другие пишут историю в реальном времени.

Программа “Артемида” и наследие “Аполлона”

История нашего физического присутствия на других мирах замерла в декабре 1972 года. Именно тогда командир миссии “Аполлон-17” Юджин Сернан оставил последний на сегодняшний день человеческий след в лунной пыли. Покидая долину Таурус-Литтров, он не знал, что его возвращение на Землю станет финалом целой эпохи, а Луна на долгие пятьдесят четыре года превратится из достижимой цели в недосягаемый символ.

Эта затянувшаяся пауза стала идеальной почвой для возникновения одного из самых устойчивых мифов XX века — теории “лунного заговора”. Для миллионов людей во всем мире психологический разрыв между грандиозным триумфом технологий 70-х и последующим полувековым молчанием оказался слишком велик. Скептики годами указывали на детали снимков, отсутствие звезд или странные тени, пытаясь найти в этом доказательства голливудской постановки. Но, пожалуй, главным двигателем этих сомнений была сама пустота: отсутствие новых шагов заставляло многих верить, что и первых шагов никогда не было.

Однако современность предлагает нам не спор с прошлым, а его продолжение. Буквально вчера, 11 апреля 2026 года, в Тихом океане приводнилась капсула Orion, ознаменовав успешное завершение миссии Artemis II. На борту находились четверо астронавтов, которые впервые за полвека совершили пилотируемый облет спутника, заглянув на его обратную сторону и протестировав системы для будущей высадки.

1 апреля с космодрома Кеннеди во Флориде стартовала ракета SLS. На борту капсулы “Орион”, которую экипаж назвал “Integrity” — “Целостность”, — четверо: командир Рид Уайзмен, пилот Виктор Гловер, специалист Кристина Кук — все трое из NASA — и астронавт Канадского космического агентства Джереми Хансен.

Старт в День дурака не ускользнул от иронии интернета. Соцсети мгновенно заполнились шутками. Конспирологи распространяли ИИ-сгенерированные видео, заявляя, что миссия — фейк. Но уже через несколько часов, когда капсула вышла на переходную траекторию к Луне, шутки прекратились сами собой.
Миссия была задержана — изначально планировался старт еще в феврале, затем в марте 2026 года. Причина задержки уходила корнями в первый полет программы: после беспилотной “Артемиды-1” в 2022 году инженеры обнаружили неожиданную эрозию теплозащитного щита капсулы при входе в атмосферу, что потребовало длительного анализа и расследования.

Капсула “Орион” по размеру сопоставима с кемпер-ваном. Четыре человека спали, ели, тренировались и работали в этом пространстве. Экипажу рекомендовали около 30 минут физических упражнений в день — намного меньше двух часов, обязательных на МКС, просто потому что места не было.

Представьте, вы занимаетесь спортом в тесном пространстве, а рядом в полуметре от вас — еще три человека. Ученые NASA всерьез изучали вопрос: а вообще возможно эффективно тренироваться в таких условиях?

“Это довольно дезориентирующая и экстремальная среда”, — сказал доктор Фархан Асрар, специалист по космической медицине из университета Торонто. — “Команда должна уметь работать вместе, потому что буквально 24 часа в сутки вы находитесь рядом”.
Впервые в истории в дальний космос полетела женщина.

“Женская перспектива критически важна для понимания того, как разные организмы реагируют на глубокий космос. Раньше у нас этих данных просто не было”, — добавил Асрар.

Миссия стартовала в период одного из самых активных солнечных циклов за последние годы. Экипаж подвергался воздействию космических лучей высокой энергии, радиационных поясов Ван Аллена и солнечных вспышек.

На борту работали шесть радиационных датчиков. Каждый астронавт носил личный дозиметр в кармане. На случай резкого роста радиации у экипажа был план: переконфигурировать кабину, разместив между собой и источником излучения как можно больше оборудования и запасов.

Вместе с астронавтами летели их биологические копии. Устройства размером с флешку содержали живую ткань костного мозга, выращенную из клеток самих членов экипажа. Костный мозг выбран не случайно: он производит клетки крови и первым реагирует на радиационное поражение. После посадки ученые вскрыли эти крошечные контейнеры, чтобы посмотреть, что случилось с тканью за десять дней в открытом космосе.

Параллельно ученые анализировали образцы слюны на специальной бумаге — холодильника на борту нет. Цель: отследить изменения в иммунной системе и проверить, не реактивировались ли у астронавтов дремлющие вирусы — например, вызывающие ветрянку и опоясывающий лишай. На МКС такое уже наблюдали.

6 апреля миссия завершила семичасовой облет Луны — первое возвращение человека в окрестности нашего спутника со времен “Аполлона-17” в 1972 году. “Орион” прошел почти на 7 500 километров за Луной по траектории свободного возврата. В точке максимального удаления экипаж находился в 252 752 милях от Земли — побив рекорд “Аполлона-13”, установленный в 1970 году.

Именно в этот момент произошло то, о чем потом писали все мировые СМИ — и что не имело никакого отношения к технике. Канадский астронавт Джереми Хансен вышел на связь с наземным управлением и попросил разрешения дать имена двум безымянным кратерам на поверхности Луны. Один — в честь капсулы “Integrity”. Второй — в честь жены командира миссии.

“Мы потеряли близкого человека. Ее звали Кэрролл — супруга Рида, мать Кейти и Элли”, — сказал Хансен в эфире, его голос срывался. “Это яркое пятно на Луне. И мы хотели бы назвать его Кэрролл”.

Кэрролл Уайзмен умерла в мае 2020 года после пятилетней борьбы с раком. Ей было 46 лет. Она работала медсестрой в отделении интенсивной терапии новорожденных. После ее смерти Рид Уайзмен один воспитывал двух дочерей.

Сам Уайзмен был слишком взволнован, чтобы говорить. Все четыре астронавта обнялись, плача в невесомости. Наземный контроль молчал почти минуту. Затем ответил: “Кратер Integrity и кратер Carroll — принято”.

“Это было для меня кульминацией всей миссии. Именно тогда мы четверо были наиболее сплочены”, — сказал Уайзмен уже после приводнения.

Кратер Кэрролл находится на границе видимой и обратной стороны Луны и в определенные моменты виден с Земли. Названия будут официально поданы в Международный астрономический союз.

В ходе десятидневного полета экипаж миссии Artemis II провел детальную инспекцию лунной поверхности с низкой орбиты. Основной упор был сделан на фото- и видеофиксацию обратной стороны Луны, а также потенциальных мест посадки в районе южного полюса. Полученные снимки высокого разрешения позволяют ученым уточнить рельеф кратеров, находящихся в вечной тени, где предполагается наличие водяного льда. Кроме того, астронавты повторили легендарный снимок “восхода Земли" над лунным горизонтом, используя современные камеры, чувствительность которых значительно превосходит оборудование эпохи “Аполлонов”.

Важно отметить, что завершившийся вчера полет не предусматривал приземления. Миссия носила испытательный характер: проверялись маневрирование, связь на больших расстояниях и устойчивость капсулы к радиации.
Высадка человека на поверхность Луны запланирована в рамках следующей миссии — Artemis III, которая состоится не раньше 2027 года.

За 65 лет мы прошли путь от человека в тесной металлической капсуле, которому не доверяли даже рычаги управления, до приборов, способных слышать эхо гравитационных катастроф миллиардолетней давности. Мы научились находить воду на промерзших пустынях Марса и разглядели алмазные дожди в недрах ледяных гигантов.

Каждый раз, когда очередное открытие казалось немыслимым — оно все равно происходило. Иногда масштабы Вселенной пугают, чаще — восхищают. Но самое важное и парадоксальное достижение этих десятилетий заключается в том, что мы наконец-то осознали масштаб собственного неведения.

То, что 95 % Вселенной мы по-прежнему не понимаем, — пожалуй, лучшая новость к 12 апреля 2026 года. Это значит, что книга открытий не дописана и даже не дочитана до середины. Впереди нас ждут тысячи ответов на вопросы, которые мы еще даже не успели сформулировать. Космос все так же пахнет раскаленным металлом и жареным мясом, он все так же опасен и все так же не читает и тем более не пишет наших учебников. Но теперь мы точно знаем, там, за горизонтом событий и лунными кратерами, нас ждет не только пустота, но и наше собственное будущее.

Материал подготовлен к 65-летию первого полета человека в космос — 12 апреля 1961 года.