Узбекистан, Ташкент – АН Podrobno.uz. Еще около 90 лет назад Новый год в Узбекистане был праздником официальным и непривычным. Его отмечали в школах, на предприятиях и в учреждениях, а не за семейным столом. Со временем он стал частью домашнего уклада, оброс собственными традициями и воспоминаниями – от самодельных игрушек и запаха арчи до мандаринов, которые берегли как символ праздника.
От Навруза к новогодней елке
Сегодня молодежи может казаться, что Новый год существовал всегда. На самом деле это не так.
До Октября 1917 года на территории Центральной Азии был свой Новый год – Навруз, связанный с приходом весны и началом сельскохозяйственных работ. С установлением советской власти Навруз оказался под запретом как напоминание о досоветском прошлом. До 1929 года православные христиане продолжали отмечать Рождество, но в период активной борьбы с церковью и этот праздник был вытеснен из публичной жизни.
Перелом наступил в декабре 1935 года, когда в газете "Правда" появилась заметка Павла Постышева – одного из руководителей Украины – с предложением организовать для советских детей новогоднюю елку. Публикации в главной газете страны воспринимались как руководство к действию – и Союз в буквальном смысле за считаные дни украсился елками. Рождество было заменено Новым годом, Вифлеемская звезда – красной звездой, а Новый год стал общенациональным праздником.
Для многих республик он не был принципиально новым – его отмечали еще со времен Петра I. А вот для народов Средней Азии Новый год оказался праздником непривычным. При этом он символизировал включенность республик в общее советское пространство. Принят он был не сразу: сначала Новый год отмечали официально, и лишь к концу 1950-х – началу 1960-х годов он постепенно стал семейным.
При этом Навруз народ не забывал. Хотя этот день оставался рабочим, в семьях продолжали готовить сумаляк, зеленую самсу и другие традиционные блюда. Со временем радио и телевидение стали напоминать о празднике, а на экранах телевизоров можно было увидеть цветущую ветку урюка и трактор, выходящий в поле.
Долгое время и Новый год был рабочим днем – выходным он стал только с 1 января 1947 года.
Точных сведений о том, когда в домах начали массово ставить елки, нет.
Саодат Шомаксудова, преподаватель Университета журналистики, вспоминает:
"Елка появилась дома не сразу. В детстве мы наряжали домашний цветок – китайскую розу. Украшения делали из ваты и бумаги, на ветки вешали конфеты и орехи в блестящей обертке. Позже стали покупать живую елку".
Когда елка была одна на весь поселок
Ташкентская и Южно-Казахстанская области
В небольших городах и сельской местности, по воспоминаниям профессора Маханбета Джусупова, в 1950–1960-е годы елки в домах ставили редко. Обычно их устанавливали в центре города или поселка. Несколько дней подряд на площади шли гуляния, дети читали стихи Деду Морозу, пели песни и получали за это подарки.
Магазинных сладостей тогда было немного, и именно к Новому году детям привозили конфеты и печенье. Эти подарки ждали особенно.
Чаще всего подарки вручали в школах и детских садах – родители заранее сдавали деньги. В некоторых кишлаках, по воспоминаниям сегодняшних 60–70-летних, подарки были бесплатными: помогал районный профсоюз.
Дома собирались гости. На столе были лепешки, мясо, самса, спиртного – совсем немного.
Комил Калонов, преподаватель вуза, хорошо помнит Новый год конца 1970-х годов:
"Я жил в сельской местности, в колхозе имени Алишера Навои, что в 70-75 километрах от Ташкента в сторону Казахстана. Дома елок не ставили, но в школе каждый класс украшал свою комнату. Мы делали снежинки, гирлянды, игрушки из бумаги, подвешивали к потолку нитки с кусочками ваты – «снег». Потом такие же украшения делали дома".
В махалле обязательно в одном из дворов устанавливали елку для всех. В те годы зимы были снежные и морозные, в горах росло много арчи и других хвойных. Старшеклассники ездили за елкой, дети лепили из снега Деда Мороза и Снегурочку. Энтузиасты наряжались в новогодние костюмы и ходили поздравлять соседей.
Новогоднюю ночь проводили у елки – с песнями, танцами под пластинки, телевизором. Тогда показывала Москва и два ташкентских канала. Дети смотрели мультфильмы, особенно ждали "Ну, погоди!" и сериал о собаке Лесси.
Праздничный стол: нарын, самса и первые мандарины
Готовились к празднику вместе. Обычно 6-8 семей перед Новым годом резали молодого 1,5-годовалого – 2-летнего коня, мясо делили поровну. Несколько женщин с утра в колхозе имени Алишера Навои собирались и готовили нарын – обязательное новогоднее блюдо жителей от Ташкента до Чимкента. Использовали конину, подавали казы. Нарын приготавливали на всех и делили на равные части между семьями. Пекли лепешки, делали самсу с мясом, тыквой и субпродуктами, готовили пирожные – не всегда красивые, но очень долгожданные.
Под влиянием фильма "Ирония судьбы, или с легким паром!" в колхозе появился салат оливье. На столе была квашеная капуста, корейская капуста чимчи – влияние соседа-корейца. Из фруктов – яблоки и немного мандаринов, которые были редкостью и, скорее, символом праздника. Иногда специально покупали зимний арбуз – темно-зеленый с толстой кожурой.
Дети пили напиток "Буратино" разных цветов и два вида компотов – урюковый и вишневый; взрослые – шампанское и водку.
Новый год встречали три раза – казахстанский, узбекский и московский.
Юг страны: запах арчи и книга в подарок
Сурхандарьинская область
На юге Узбекистана Новый год также встречали с большим энтузиазмом. В кишлаке Зарабах Шеробадского района Сурхандарьинской области, по воспоминаниям профессора Дусмамата Кульмаматова, елка в доме была всегда:
"Отец привозил арчу с гор – запах стоял сильнейший. Игрушки делали сами: из бумаги, ваты, мастерили фонарики и снежинки".
В школах работали кружки художественной самодеятельности, дети разучивали стихи и песни, учились играть на национальных музыкальных инструментах. Родители старались нарядить детей, купить новую одежду.
Дусмамату Кульмаматову особенно запомнился подарок 1964 года:
"На Новый год директор школы вручил мне книгу «Доктор Айболит» на узбекском языке. Ее потом читали всем классом, записывались в очередь".
На праздник резали барана, готовили шурпу, плов, жареные пельмени, пирожки, позже стали готовить тандыр гушт. На столе стояли фрукты – виноград, гранаты, айва, – много было орехов. Новый год встречали дважды – местный и московский, часто не спали до утра.
Телевизоры появились в конце 1960-х годов, и к тем, у кого они были, собирались соседи – садились на ковер и смотрели передачи на узбекском языке. В особенности ждали выступления известных в то время певцов – Олмахон Хаитовой, Каромата Тургенбаева и других.
Городской Новый год: утренники и представления
В городах Новый год быстро стал одним из самых любимых праздников. Детям устраивали утренники, дарили подарки в бумажных пакетах с Дедом Морозом и Снегурочкой. Там были конфеты, печенье, вафли, орехи, яблоки и мандарины.
Родители готовили костюмы. Венера Каюмова, редактор журнала, вспоминает детсадовский утренник 1965 года:
"Мы исполняли танец конькобежцев (о фигурном катании тогда еще не знали!). Для выступления мне сшили платье из бордового велюра и шапочку. По всей видимости, было дано задание мамам, чтобы по подолу платья шла белая лента из ваты и чтобы шапочка тоже была оторочена ватой (ведь зимой конькобежки бегают под снегом!). Мама с тетей решили, что вата только испортит платье и разрезали старую белую меховую шапку. Еще полночи они колдовали над моим костюмом. Но я была, как я понимаю сейчас, самая нарядная".
Отдельным событием были массовые елки для детей в театрах, концертных залах, цирке, дворцах спорта. Они были привлекательны не только подарками, но и сказочными яркими представлениями. Профсоюзы покупали билеты для детей своих сотрудников. Эта традиция продолжается и сейчас.
Застольные песни и поздравительные открытки
К празднику готовились основательно: подбирали одежду, продумывали стол. Наряду с лепешками, самсой, хасыпом, казы и холодцом появлялись салаты. В 1960-е годы это был винегрет, позже – оливье и "шуба". Открывали домашние заготовки, готовили плов, пельмени или манты. Дети пили лимонад, взрослые – крепкие напитки.
Дома всегда пели хором застольные песни, танцевали, дети устраивали концерты и представления для родителей. В некоторых семьях взрослые ставили сценки, играли в шарады и в другие веселые игры.
Когда появился телевизор, смотрели телепередачи, в особенности ожидали концерты артистов зарубежной эстрады, которые вызывали постоянный интерес. До этого времени такие передачи не транслировались и о зарубежных исполнителях мало что знали. Праздник проходил шумно и радостно.
Существовала и особая традиция – отправлять поздравительные открытки. К Новому году в Союзе печаталось миллионы открыток, которые разлетались по всей стране.
Сегодня в Узбекистане полноценно отмечают и Навруз, и Новый год. Для одних Новый год остался праздником детства и воспоминаний, для других – частью семейной традиции. Но даже там, где его отмечают скромнее, он по-прежнему ассоциируется с запахом хвои, самодельными игрушками, редкими мандаринами и ощущением общего стола – тем самым чувством праздника, которое помнят и передают дальше.
© Все фотографии, использованные в материале, являются собственностью редакции. Любое их использование без письменного согласия правообладателя запрещено.
Комментарии отсутствуют