Цифровой след. Как Узбекистан намерен побороть контрафакт на рынке
Общество

Цифровой след. Как Узбекистан намерен побороть контрафакт на рынке

6798

Узбекистан, Ташкент – АН Podrobno.uz. Потребители наверняка встречали на рынке обувь от Abibas, технику фирмы Panasanik, шоколадные плитки производства Aybon gold. В прошлом году в Узбекистане было выявлено 2 нелегальных производства фальсифицированных лекарственных препаратов и БАДов, а в первом квартале 2021 года правоохранительные органы изъяли почти 190 тысяч единиц медицинских препаратов ненадлежащего качества.

И если в случае приобретения поддельной бытовой техники или одежды потребитель теряет деньги, то в результате покупки некачественных лекарств и продуктов питания – подвергает опасности свое здоровье. Фальсификат вредит не только потребителю, но и забирает долю рынка у честных производителей, а государство недополучает средства в бюджет. Чтобы изменить эту ситуацию, в Узбекистане стартовал процесс по цифровой маркировке товаров.

С 1 января этого года в обязательном порядке маркируют табачные изделия и алкогольную продукцию, а с 1 апреля – пиво. За это время было выпущено около 350 миллионов уникальных кодов. В процесс вовлечены почти 14 тысяч участников оборота – это производители, импортеры, оптовые базы, точки общественного питания и розничной торговли.

В начале лета стартовал новый этап проекта – маркировка лекарств, в ближайшее время планируется наладить этот процесс в сфере производства и импорта прохладительных напитков и бытовой техники.

Во сколько обойдется бизнесу эти новации, возможно ли подделать цифровую метку и будут ли узбекистанцам платить за выявление контрабандных товаров в магазинах, корреспонденту Podrobno.uz рассказал Генеральный Директор CRPT (Центра разработки перспективных технологий) "Turon" Анатолий Бачикалов.

– Насколько важно внедрять систему цифровой маркировки сейчас? Почему именно эти категории продукции были выбраны для пилотных проектов?

– Цифровая маркировка – это общемировой тренд. В Европе и США уже давно маркируется вся фармацевтическая отрасль. Первой страной на постсоветском пространстве, которая сделала свой шаг в этом направлении, стала Россия. Не так давно подключился Узбекистан. Это не дань моде, а необходимость. Ведь маркировка в первую очередь призвана очистить страну от контрафакта. На рынке, который не регулируется, быстро появляется и распространяется фальсификат, и от этого страдают не только потребители, но и местное производство, и государство.

Подготовка к внедрению цифровой маркировки началась в Узбекистане в 2019 году. За это время была проведена большая предварительная работа. Тогда же стартовали пилотные проекты, связанные с маркировкой табачной и алкогольной продукции. В конце прошлого года было подписано соглашение о государственно-частном партнерстве с Государственным налоговым комитетом.

Каждая страна выбирает свой путь. В Узбекистане мы предложили начать с подакцизных товарных групп – табак, алкоголь, пиво. Кроме того, табачная отрасль республики очень хорошо оснащена с точки зрения информационных технологий, бизнес-процессов. Это помогло быстро запустить маркировку. Следующей задачей государство поставило охватить маркировкой социально значимые продукты – лекарственные препараты, прохладительные напитки, чтобы люди не травились непонятно какими таблетками и знали, что воду не налили из-под крана.

– Опишите, пожалуйста, механизм маркировки: как этот процесс проходит от начала до конца?

– Перед выпуском определенной партии продукта производитель через информационную систему заказывает уникальные коды. Они наносятся либо специальным принтером непосредственно на производственной линии на каждую упаковку товара, либо в типографии на этикетки продукции.

Далее произведенная партия следует на оптовое звено, оттуда – в розницу. Розничный бизнес реализует товар потребителям и выводит его из оборота через онлайн-кассы. Весь это процесс фиксируется в национальной системе маркировки и прослеживания продукции.

– Можно ли фальсифицировать эти цифровые метки?

– Можно скопировать код с какого-либо товара и нанести на другой. Однако, как я уже отметил, все коды уникальны. Оригинальный код наносится на производстве, и мы это знаем.

– Какую выгоду от цифровой маркировки получат потребители, производители, государство?

– Как я уже отметил, это те категории, которые страдают от нелегальной, контрафактной продукции. Потребителю предлагаются товары не самого лучшего качества. "Белые" производители, которые работают честно, инвестируют в разработки и технологии, теряют потребительскую аудиторию и доходы. Государство упускает часть налогов. И цифровая маркировка – это процесс, который защитит интересы всех.

Потребитель сможет перед покупкой просканировать DataMatrix (двумерный матричный штрихкод – ред.) на продукте специальным приложением и быть спокойным, что он покупает легальный товар, а не подделку. Считав код, программа также выдаст информацию о сроке годности и потребительских свойствах товара, производителе, торговой марке, сертификате качества. Цифровой код на товаре станет гарантией легальности и качества, защитой здоровья и кошелька.

Полагаю, многие потребители сталкивались с такой ситуацией: в начале своей деятельности компания делает качественную продукцию или оказывает качественные услуги, но затем качество ухудшается. Информационная система маркировки будет включать в себя различные сведения из нескольких источников – зарегистрировано ли торговое название, есть ли сертификат качества и так далее. Все эти данные производитель должен заверить своей электронной подписью. Подписывая юридически значимый документ, он осознает все имеющиеся риски и ответственность перед потребителем. Это в свою очередь позволит одним улучшить качество своей продукции, другим – держать уровень и бороться за клиента стабильностью.

Процесс маркировки поставит производителей в одинаковые условия. Все будет прозрачно, конкурентно. Вытеснение серого рынка даст большие возможности для расширения и роста доходов предприятий. Кроме того, это хороший инструмент для организации производства. Используя эту систему, производитель может видеть, на каких складах и в магазинах какие запасы его продукции имеются, сколько продано, сколько еще нужно произвести.

Главная польза системы для государства – своевременная и прозрачная оплата налогов и таможенных сборов, увеличение поступлений с бюджет в результате расширения производств. Также маркировка – это путь в цифровую экономику. С помощью информационной системы контрольно-надзорные органы смогут наблюдать, какое предприятие сколько произвело, какое количество импорта в какой сезон поступает в страну, процесс движения товаров, сколько налогов было заплачено. Это поможет снизить и количество налоговых проверок “белых” производителей, поскольку вся информация будет как на ладони.

Кроме того, вероятно, когда рынок очистится от контрафакта, начнут соблюдаться авторские права, на него зайдут новые участники в лице известных брендов, которые сейчас боятся заходить на не регулируемый рынок.

– Нужно ли производителям и представителям розничной торговли приобретать дополнительное оборудование для реализации проекта? И если они не захотят это делать, то каковы будут последствия для них?

– Один из способов маркировки предполагает оснащение производственных линий специальными принтерами. Табачная отрасль Узбекистана уже давно имеет такое оборудование. Да, каким-то предприятиям пришлось модернизировать свои мощности, но все это быстро окупается. Некоторые предпочли не оснащать свои производства и заказывать типографиям этикетки с нанесенными марками. Вероятно, могут появиться еще какие-то способы маркировки, чтобы у производителя был выбор.

В целом, делается все, чтобы производители Узбекистана не несли больших затрат. В частности, в рамках пилотных проектов по маркировке продукции фармотрасли, воды и напитков, бытовой техники производственные линии будут оснащаться за счет CRPT “Turon”. Все это отражено в постановлении правительства.

Что касается точек реализации товаров, то по законодательству все, кто продает маркируемую продукцию, обязаны проводить ее через онлайн-кассу. В противном случае они нарушают закон, и государство применяет к ним санкции.

Однако есть такой момент: среди потребителей продукции фармотрасли есть медучреждения, которым государство закупает лекарства и медицинские изделия. В России все больницы бесплатно оснащены специальным оборудованием, которое выводит лекарственные препараты из оборота. Во-первых, мы видим, что был приобретен действительно качественный препарат. Во-вторых, через электронную карту больного мы может отследить, что цепочка движения товара замкнулась на конкретном потребителе, что его не продали в аптеки, обналичив бюджетные деньги. Вероятно, подобный шаг ждет и Узбекистан.

– Как будет решаться и контролироваться вопрос продажи мимо кассы? Ведь многие точки продаж до сих пор не оснащены или не хотят использовать кассовые аппараты.

– Это вопрос не только регулятора, но и потребителя. Именно от потребителя зависит, просить чек или нет. И тут нужно менять ментальность, культуру потребителя. Важно понимать, что без чека элементарно нельзя вернуть или обменять товар, предъявить претензию на его качество. Мы сами о себе не беспокоимся: прощаем по-братски и потом мучаемся от этого.

Кроме того, потребитель должен понимать, что, взяв чек, он помогает государству выполнять социальную функцию. Почему некоторые представители розничной сети не пользуются кассами? Чтобы скрыть налоговые поступления. А чем больше налогов поступает, тем лучше людям.

В странах Европы чек дают априори, это настолько вошло в обиход, что стало частью культуры. В России даже при онлайн-покупках вам на электронную почту приходит чек. Я работал над проектом по онлайн-кассам в Казахстане, и мы думали, что будет сложно поменять ментальность населения страны в сторону осознанной потребительской культуры. Но прошло 7-8 лет, и теперь, когда человек не берет чек на кассе, его останавливают.

В Узбекистане чек выдают только в крупных магазинах, маленькие магазинчики, как правило, работают мимо кассы. Однако, уверен, что со временем и здесь придут к этому. ГНК старается стимулировать, разыгрывает машины. Мне известно, что в узбекском сегменте Интернета есть сообщество потребителей. Как читатель я вижу, что население очень сильно заботится о качестве товаров. И это очень радует.

– Как введение маркировки скажется на конечной стоимости товаров? Не случится ли так, что весь банкет оплатит потребитель?

– Это действительно очень популярный и вполне закономерный вопрос. Его задают мне и производители, которые беспокоятся, что все у них станет дороже. Но есть заводы и розничные сети, которые требуют быстрее продвигать эту работу. Они понимают, что понесут некоторые одномоментные затраты на принтеры и эксплуатационные расходы (к слову, стоимость одного цифрового кода составляет 68 сумов), но точно знают, что получат только выгоду.

По опыту России могу сказать, что "белым" производителям рост цен не грозит, их продукция станет даже дешевле. Потому как, вытесняя серое производство, работающие легально предприятия наращивают свои объемы. При той же себестоимости у них растут количественные показатели, растет прибыль. А для потребителя при честной конкуренции рождается справедливая цена.

– Как в Узбекистане обстоят дела с фальсификатом на сегодня? Может ли цифровая маркировка гарантировать, что рынок полностью избавится от контрафакта?

– Конечно, перед тем как зайти на рынок мы заказывали исследование на предмет контрафакта по выбранным для пилотирования категориям товаров. Показывали этот анализ государству. Фальсификата очень много, в частности, большое количество бытовой техники завозится непонятными каналами.

Однако говорить о конкретных объемах пока сложно. Нужно подождать, когда рынок полностью очистится в результате всей этой работы. На примере России могу сказать, что, когда стартовала обязательная маркировка табачной продукции, было выявлено большое количество нелегальных заводов, которые производят табак.

Вопрос вытеснения серого рынка будет зависеть от позиции нескольких сторон –потребителей, представителей розничной торговли и государства как регулятора. Уверены, что потребители начнут активно сканировать товары, проверяя их качество. И уникальность системы заключается в том, что по факту такой проверки она будет автоматически уведомлять уполномоченный госорган: "здесь фальсификат". Обнаружив в торговой точке контрафактный продукт, расследование приведет на оптовое звено, а отсюда – к производителю. Как результаты работы – санкции к нарушителям со стороны регулятора.

Сейчас идет огромная методологическая работа по изменению законодательства. Нужно отдать должное – все госорганы очень заинтересованы в этом. Мы со своей стороны сделали свои предложения. В частности, полагаем, что необходимо ввести административную ответственность для того, кто продает фальсификат.

Принимая товар, продавец также может просканировать метки на предмет легальности продукции и принять решение, хочет он ее продавать или нет. Важна так называемая "чистота предпринимательства". Например, в Европе и США, реализуя товар без маркировки, продавец может на 10 лет лишиться права торговать. Если торговля связана с пищевыми продуктами, то ему грозит уголовная ответственность.

– С начала года проводится обязательная маркировка табачной и алкогольной продукции, 1 июня стартовал "пилот" для лекарственных препаратов. Каковы результаты?

– Рано еще говорить о конкретных цифрах. Думаю, в январе следующего года можно будет что-то сказать конкретное. Дело в том, что сейчас на рынке обращается как маркированная, так и не маркированная продукция, произведенная до начала маркировки, имеются также складские запасы. Для того, чтобы иметь полную статистику, нужно чтобы рынок полностью очистился от немаркированных товаров. После этого уже можно делать анализ.

Предварительные результаты с точки зрения производства показывают, что объемы производства табака, алкоголя, пива растут – они больше по сравнению с прошлым годом. Россияне тоже были настроены скептически относительно этого проекта, однако он показывает весьма хорошие результаты.

– Расскажите о CRPT “Turon”. Почему проект по маркировке доверили вам? Сколько на него будет потрачено средств?

– CRPT “Turon” – 100-процентная дочерняя организация российского Центра развития перспективных технологий, который входит в холдинг USM. Все пилотные проекты проводятся абсолютно бесплатно, они финансируются холдингом. И инвестиции были произведены значительные.

– Несколько слов о программе ASL BELGISI. Подобное приложение в России предлагает также денежные вознаграждения за сообщение о фальсификате. У нас тоже будет что-то такое?

– Приложение специально разрабатывали под Узбекистан, переводили на узбекский язык. С его помощью можно сканировать промаркированные товары, чтобы узнать информацию о них. Функция отправки сигнала о фальсификате будет в скором времени. Мы рассматриваем вопрос мотивации и поощрения потребителей за их сообщения, однако пока конкретного решения нет. Вознаграждения, кэшбеки, какие-то другие фишки – что-то точно появится.

– Какие планы ставите на будущее?

– Ассоциации обувной и легкой промышленности вышли к нам с просьбой срочно ввести маркировку на эти категории. Вероятно, после пилотирования процесса маркировки запланированных 5 групп товаров займемся обувью и одеждой.

Подсаживаем на новости: заходи на наш Telegram-канал. 



Эмоции от статьи
Нравится
0
Восхищение
0
Радость
0
Удивление
0
Подавленность
0
Грусть
0
Разочарование
0
Не нравится
0



1комментарий

Авторизуйтесьчтобы можно было оставлять комментарии.


USER_ID and USER_SESSION_ID undefined

Другие новости

Загрузка....
18+